В раздел «Биография и семья»  |   На главную страницу

Письмо Е.М. Фраёновой Р.Б. Вальберг

Дорогая Эничка [1]!

Поздравляю с Днем рождения и напоминаю тебе о нашей давней дружбе (почти 60 лет!) Помнишь, как мы с тобой в 1944 г. работали на яблочной сушилке в Кибрае [2]? Туда приезжала Эдда Севериновна, возглавляла нашу «артель» Ирина Николаевна Карелова [3], в числе «рабочих» были ее сыновья – Никита и Володя. Были еще какие-то девочки, из местных, кажется. С помощью какой-то машины (помню, что надо было крутить какую-то ручку) мы резали яблоки, затем рассыпали их на циновках, расстеленных прямо на земле. Остальное делалось само собой – солнце не ленилось сушить наши яблоки, дождей, к счастью, не бывало, надо было только эти яблоки ворошить, чтобы они подсыхали равномерно.

До сих пор помню вкус и аромат кибрайских яблок. А по вечерам мы ели яблоки (выбрав самые лучшие из огромной кучи, сваленной под навесом, где мы работали), запивая парным молоком. Была война, и в Ташкенте, в городских условиях, о таком ужине и мечтать было невозможно. Но кончился этот рай в Кибрае для меня неожиданно плохо – приступами малярии. Свое тогдашнее состояние я тоже отчетливо помню.

Однако за страдания, причиненные малярией, я была вознаграждена необыкновенным, дивным сном (только в бреду может быть такое видение): мне приснилось, что я разговариваю с Моцартом. Музыку его я уже тогда очень любила. Возможно, что именно в том году, зимой, я слышала пластинку с записью скрипичного концерта Моцарта в исполнении Сигети. Мечта (несбывшаяся) сыграть когда-нибудь этот концерт жила, видимо, в подсознании. Странно, но факт, что к некоторым композиторам чувствуешь какую-то личную привязанность. Теперь (только на склоне лет) я стала понимать, что не ноты остаются от ушедших из этого мира, а бессмертная душа, материально воплощенная в нотных знаках. Тогда, в 15 лет, я ни о чем этом не думала, а только проснулась в счастливом состоянии и запомнила этот сон на всю жизнь.

В тот же день, кажется, приехала за мной из Ташкента моя мама, так что я до сих пор не знаю, как закончился трудовой сезон на яблочной сушилке в Кибрае. Почему-то я никогда тебя об этом не спрашивала.

А потом мы с тобой то встречались – например, в школе №44 на Пушкинской улице [в Ташкенте], то ходили друг к другу в гости [там же], то ездили из Москвы в Тверь и из Твери в Москву. А теперь даже недалекая Тверь кажется далекой. Что делать? Годы идут.

Обнимаю тебя и желаю душевного покоя и более-менее хорошего самочувствия.

Шлю приветы Танюше и Ксюше, а также Андрею и Диночке и уж обязательно Алёше и его жене. Все они у тебя хорошие.

Алёна.


[1]Ренэ Борисовна Вальберг (22.6.1928, Ленинград – 30.8.2002, Тверь) – музыковед. Дочь немца-врача Бориса Фридриховича Дидрихсона (1896, Самарканд – 1938, расстрелян по политическим мотивам, реабилитирован в 1958) и певицы Эдды (Ядвиги) Севериновны Лир (1908, Самарканд – 1940-е гг., Ташкент?). Ренэ Борисовна в 1946 окончила с золотой медалью школу № 44 имени К.Д. Ушинского в Ташкенте, в 1954 – историко-теоретический факультет Ташкентской консерватории (в числе её педагогов была наша бабушка Т.С. Вызго). С 1968 с мужем – инженером-строителем Борисом Викторовичем Вальбергом и детьми Андреем и Татьяной жила в Калинине/Твери, преподавала в Музыкально-педагогическом училище. Писала стихи (частично изданы). Ренэ Борисовна (Эни) – школьная подруга нашей мамы. После переезда в Калинин/Тверь нередко бывала у нас в гостях, благодаря особому складу личности (острота ума, тонкость чувств, деликатность манеры) пользовалась исключительным расположением нашего отца. Дружба нашей семьи с семейством Вальберг продолжается поныне.
[2]Совхоз «Кибрай» (Ташкентская область).
[3]Ирина Николаевна Карелова (6.2.1905, станица Константиновская Области Войска Донского – 16.1.1976, Ташкент) – музыковед. Заслуженный работник культуры УзССР (1967). В 1941 окончила историко-теоретический факультет Ташкентской консерватории, с 1943 зав. теоретическим отделением там же.

22 июня 2002 г., Москва

Image: Письмо Е.М. Фраёновой Р.Б. Вальберг

Контакты    © 2015–2019, О. В. Фраёнова